Главная » Рубрики » Евангелие на каждый день » Вторник 24-й седмицы по Пятидесятнице
 
Вторник 24-й седмицы по Пятидесятнице  

О решимости и рассудительности


Слова из сегодняшнего дневного Евангелия у многих вызывают недоумение: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лк. 14:26).


Один из современных исследователей, толкуя эти слова, считает, что ненавидеть своих родителей за то, что они родители, было бы чудовищно. Но последователи Христа должны быть готовы, если необходимо, относиться к тому, что для них дорого, словно к объекту ненависти. В этих словах, таким образом, содержится мысль о том, что единственным по-настоящему дорогим для каждого человека является Иисус, и ничто не должно удерживать от любви к Нему.


Две небольшие притчи — о строителе башни и о царе, идущем на войну, — представляют собой оригинальный материал Евангелия от Луки. Будучи частью поучения об отречении от близких, они служат в качестве важного дополнения к этим словам. В обеих притчах содержится идея о том, что нужно сначала подготовиться к делу, а потом решительно взяться за него и довести его до конца, чтобы не выставить себя на посмешище. Таким должно быть следование за Иисусом ­­— обдуманным и решительным.


В конце сегодняшнего евангельского чтения звучат слова: «Соль — добрая вещь; но, если соль потеряет силу, чем исправить ее? ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее» (Лк. 14:34–35). Разнообразное использование соли в древнюю эпоху заставляет говорить о ней как о важнейшем продукте. Без соли пища была невкусной и быстро портилась, без соли нельзя было принести жертву Богу, отсутствие соли означало недостаток важного медицинского средства. Здесь упоминается способ употребления соли в качестве удобрения. Однако и для этой цели нельзя использовать испорченную соль.


Кирилл Александрийский считает, что солью здесь Иисус называет рассудительность, которой исполнено апостольское слово, «ибо подобно тому, как без соли не съедобны ни хлеб, ни рыба, так и без апостольского разумения и научения всякая душа и безумна, и нездорова, и неугодна Богу».



Евангелие святого апостола Луки,

 глава 14, стихи 25 - 35:


25 С Ним шло множество народа; и Он, обратившись, сказал им:
26 если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником;
27 и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником.
28 Ибо кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее,
29 дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним,
30 говоря: этот человек начал строить и не мог окончить?
31 Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами?
32 Иначе, пока тот еще далеко, он пошлет к нему посольство просить о мире.
33 Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником.
34 Соль — добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее?
35 ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее. Кто имеет уши слышать, да слышит!



Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Луки


Лк.14:25. С Ним шло множество народа; и Он, обратившись, сказал им:
Лк.14:26. если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником;
Лк.14:27. и кто не несет креста своего и идёт за Мною, не может быть Моим учеником.

Поскольку из ходящих за Иисусом многие следовали не со всем усердием и самоотвержением, но имели очень холодное расположение, то Он, научая, каков должен быть ученик Его, высказывает Свои мысли о сем, как бы изображает и живописует его, утверждая, что он должен ненавидеть не только близких ему совне, но и «душу свою». Смотри же, в простоте своей и неопытности не соблазнись сим изречением. Ибо Человеколюбец не бесчеловечию учит, не самоубийство внушает, но хочет, чтобы искренний Его ученик ненавидел своих родных тогда, когда они препятствуют ему в деле богопочитания и когда он при отношениях к ним находит затруднения в совершении добра. Напротив, когда они не препятствуют сему, Он учит даже почитать их до последнего издыхания. И как учит? Самым лучшим учением, то есть собственными делами. Ибо Он повиновался Иосифу (Лк.2:51), несмотря на то, что сей не был отцом Его в собственном смысле, но мнимым. И о Матери Своей Он всегда имел большое попечение, так что и вися на кресте, Он не забыл Ее, но поручил возлюбленному ученику Своему (Ин.19:26–27). Как же Он, одному уча на деле иное будет внушать на словах? Нет, как я сказал. Он заповедует нам ненавидеть родителей тогда, когда они угрожают опасностью богопочтению. Ибо тогда они уже не родители, не родные, когда противодействуют нам в столь полезном деле. Утверждаемое нами видно и из того, что заповедуется ненавидеть «душу свою». Ибо этой заповедью, без сомнения, повелевается не убивать себя, но оставлять душевные пожелания, отлучающие нас от Бога, и не заботиться о душе (жизни), если предстоять будет мучение, лишь бы предлежало вечное приобретение. А что Господь сему научает, а не самоубийству, это Сам же Он показывает, во-первых, тем, что, когда диавол, искушая Его, предлагал Ему броситься вниз с кровли церковной, Он отверг искушение (Мф.4:5–7), и, во-вторых, тем, что Он не предавал Себя иудеям (каждый раз), но удалялся и, проходя посреди их, укрывался от убийц (Лк.4:30). Итак, кому родные вредят в деле богопочтения, и он, однако ж, с удовольствием продолжает расположение к ним, ставит оное выше благоугождения Богу, а иногда из любви к жизни, в случае угрозы мучения, склоняется к отречению от веры, – тот не может быть учеником Христовым.

Лк.14:28. Ибо кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее,
Лк.14:29. дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним,
Лк.14:30. говоря: этот человек начал строить и не мог окончить?

Притчей о башне Господь научает нас, чтобы мы, однажды решившись следовать за Ним, сохранили сие самое намерение и не полагали одного только «основания», то есть следовать начали бы, а до конца не последовали, как неимеющие достаточного приготовления и усердия. Таковы были те, о коих евангелист Иоанн говорит: «многие из учеников Его отошли от Него» (Ин.6:66). И всякий человек, решившийся творить добродетель, но недостигший до Божественного знания, поскольку начал добродетель несовершенно и неразумно, строит несовершенно, так как не может достигнуть башни высокого знания. Почему и бывает посмешищем смотрящих на него людей и бесов. И иначе: под основанием можешь разуметь слово учительское. Ибо слово учителя, рассуждающее, например, о воздержании, брошенное на душу ученика, подобно основанию. На этом слове, как на основании, нужно и «построение», то есть совершение дел, чтобы «башня», то есть добродетель, которую мы вознамерились творить, была окончена у нас, и притом была крепка пред лицом неприятеля. А что слово есть основание, а дело – построение, сему довольно научает нас апостол, когда говорит: «Я... положил основание», Иисуса Христа, «а другой строит» (1Кор.3:10), и далее перечисляет различные построения (1Кор.3:12–15), то есть совершение дел или добрых, или злых. Итак, будем бояться, чтобы не стали над нами бесы смеяться, о которых пророк говорит: «дети (славянское – «ругателие») будут господствовать над ними» (Ис.3:4), то есть отверженными от Бога.

Лк.14:31. Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами?
Лк.14:32. Иначе, пока тот еще далеко, он пошлет к нему посольство просить о мире.

И эта притча научает нас не раздвояться душой, не пригвождаться к плоти и прилепляться к Богу, но, если имеем намерение вести войну против лукавых сил, наступать на них как на врагов и самым делом противоборствовать им.

Царем бывает и грех, царствующий в смертном нашем теле (Рим.6:12), когда мы допускаем его. Царем же создан и ум наш. Поэтому, если он намерен восстать против греха, должен воевать против него всей душой, ибо воины его сильны и страшны, и кажутся больше и многочисленнее нас; поскольку воины греха суть бесы, которые против наших десяти тысяч направляют, по-видимому, двадцатитысячное число. Они же, будучи бестелесны и состязаясь с нами, живущими в теле, имеют, по-видимому, большую силу. Однако ж мы можем бороться против них, хотя они кажутся и сильнее нас. Ибо сказано: «С Богом мы окажем силу» (Пс.59:14) и «Господь – свет мой и спасение мое: кого мне бояться?... Если ополчится против меня полк, не убоится сердце мое» (Пс.26:1, 3). Притом же Бог, воплотившийся ради нас, дал нам «власть наступать... на всю силу вражью» (Лк.10:19). Поэтому мы, хотя и во плоти, однако ж, имеем оружие не плотское (2Кор.10:3–4). Хотя по причине телесности мы составляем, по-видимому, десять тысяч против их двадцати тысяч, по причине бестелесной их природы, однако ж мы должны говорить: «Господь Бог – сила моя» (Авв.3:19)!

Лк.14:33. Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником.

И никогда не должны примиряться с грехом, то есть порабощаться страстям, но с особенной силой противостоять им и должны возыметь непримиримую ненависть к ним, не желая ничего страстного в мире, но оставляя все. Ибо тот не может быть Христовым учеником, кто оставляет не все, но имеет расположение к чему-нибудь в мире душевредному.

Лк.14:34. Соль – добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее?
Лк.14:35. ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее. Кто имеет уши слышать, да слышит!

Ученик Христов должен быть «солью», то есть должен быть не только сам в себе добр и непричастен злобе, но и другим сообщать доброту. Ибо такова соль. Она, сама оставаясь неповрежденной и свободной от гниения, предохраняет от гниения и другое, чему передает это свойство. Но если соль потеряет свою природную силу, она не бывает ни на что полезна, «не годится... ни в землю, ни в навоз». Слова сии имеют такой смысл: Я желаю, чтоб всякий христианин был полезен и силен назидать, не только тот, кому вверено дарование учительства, каковы были апостолы, учители и пастыри, но Я требую, чтоб и сами миряне были плодоносны и полезны для ближних. Если же имеющий служить на пользу другим сам будет негоден и выйдет из состояния, приличного христианину, то он не в состоянии будет ни принести пользы, ни получить пользы. «Ни в землю, – сказано, – ни в навоз не годится». Словом «земля» делается намек на получение пользы, а словом «навоз» («гной») – на доставление пользы. Поэтому, как не служащий на пользу, не получающий пользы, он должен быть отвергнут и выброшен вон.

Поскольку же речь была темна и приточна, то Господь, возбуждая слушателей, чтоб они сказанное Им не приняли просто о соли, сказал: «кто имеет уши слышать, да слышит», то есть имеющий ум да разумеет. Ибо под «ушами» здесь должно разуметь чувственную силу души и способность к разумению. Итак, всякий из нас верующих есть соль, получивший сие свойство от Божественных слов и от благодати свыше. А что благодать есть соль, слушай (апостола) Павла: «Слово ваше да будет всегда с благодатию, приправлено солью» (Кол.4:6), так что слово, когда оно без благодати, может быть названо бессолым. Итак, если мы будем пренебрегать сим свойством Божественных слов и не будем принимать оного в себя, и не освоимся с ним, тогда мы будем глупы и неразумны, и соль наша поистине потеряла силу, как неимеющая свойства небесной благодати.

 

Ианнуарий (Ивлиев) архимандрит. Толкование на Евангелие от Луки,

 глава 14, стихи 25 - 35:


25 С Ним шло множество народа; и Он, обратившись, сказал им:

26 если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником;

 

Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом. 


27 и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником.


Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом.

 

28 Ибо кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее,
 

Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом.

 

29 дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним,


Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом.


30 говоря: этот человек начал строить и не мог окончить?


Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом. 


31 Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами?


Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом. 


32 Иначе, пока тот еще далеко, он пошлет к нему посольство просить о мире.


Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом. 


33 Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником.


Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом.


34 Соль — добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее?


Очень похожее изречение о соли нам прекрасно известно из ЕГагорной проповеди в Евангелии от Матфея, где «солью» Иисус называет своих апостолов: «Вы - соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою ? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям» (Мф. 5:13). Что-то подобное есть и в Евангелии от Марка (Мк. 9:50). Нас не должны удивлять некоторые расхождения в передаче слов Иисуса Христа. Удивительным было бы, если бы все евангелисты всегда и во всем совпадали. Дело в том, что Иисус часто произносил свои яркие изречения, которые запоминались людьми, передавались из уст в уста. Мы это называем преданием. Конечно, иногда предание несколько изменяло первоначальную форму высказываний. К тому же различным мог быть и перевод с арамейского, родного языка Иисуса Христа, на греческий язык Евангелий. И еще: часто люди, запомнив высказывание Иисуса, забывали, по какому поводу и в какой ситуации оно было произнесено. И в Евангелиях используется то или иное высказывание Иисуса, чтобы прояснить мысль, важную для каждого евангелиста в его конкретной ситуации. Отсюда и некоторый разнобой в букве.

В Евангелии от Луки образ соли, как и у Матфея, применен к ученикам Иисуса. Как в строительстве башни и в бою они не должны терпеть неудачу, сдаваться, останавливаться на полпути, так же они должны постоянно пребывать в церкви и в обществе как «добрая вещь», как очищающее и сохраняющее от порчи начало, как придающая вкус пище приправа.

В том случае, если соль, скажем, при долгом хранении, теряет свою соленость, становится безвкусной, пресной, она уже не годится не только как приправа к пище, но даже как удобрение почвы, как навоз. Упоминание земли и удобрения, наверное, - отголосок изречения в той форме, в какой оно представлено в Нагорной проповеди: «Вы - соль земли». Навоз хотя бы для земли годится, а несоленая соль и для этого не годится.

Возможно также, что Лука это слово о соли понимал, относя его к собственности, о которой только что шла речь. Собственность только тогда имеет смысл, правильно применяется, когда она идет на пользу ближним.

Остается только еще немного остановиться на букве высказывания «если соль потеряет силу». Исходя из нашего жизненного опыта, как можно представить себе, что соль «потеряет силу»? Пожалуй, нам это трудно себе представить. Были попытки объяснить это свойствами соли, добываемой в Палестине из Мертвого моря. Мол, из-за неких химических или физических процессов или по причине загрязнения соль могла терять свою ценность как соль.

Однако интересно обратить внимание на оригинальный греческий текст, который буквально переведен в церковнославянском Евангелии: «Добро есть соль: аще же соль обуяет, чим осолится?» Здесь важен глагол обуяет, который буквально отражает греческий глагол μωραίνω, означающий «быть глупым, безумным, сходить с ума, ополоуметь, одуреть, стать помешанным». То есть буквально так: «если же соль сойдет с ума, то чем ее исправить?» И вот, учитывая:

1) трудно представимую соль, которая перестала быть соленой;

2) оригинальный, то есть греческий, текст и его буквальный церковнославянский перевод,

- можно дать такое объяснение высказыванию о соли:

Иисус говорит своим апостолам: «Вы - соль земли». Но, в принципе, эти слова молено отнести и ко всякому человеку, уверовавшему во Христа, принявшему Его Евангелие Царства Болеьего и свободы вечной жизни. Так вот, отказаться от своей веры, от Христа, от Евангелия, от свободы и вечной жизни - так же трудно представимо, как представить себе несоленую соль. Несоленая соль - это абсурд, который возможен только в одном случае: «аще же соль обуяет,», то есть сойдет с ума, став вдруг несоленой. Так лее и отказ от самой драгоценной жемчужины христианства, отказ от дарованного тебе блаженства - абсурд, объяснимый только одним - сумасшед- ствием, безумием. Апостол, переставший быть апостолом, никому не нужен. Христианин, переставший быть христианином, - безумец. Мне кажется, что оригинальный евангельский текст несет на себе именно такой оттенок, и совсем не обязательно выдумывать химические и физические причины того, как соль становится несоленой, или «теряет свою силу», как это переведено в Синодальном переводе.

В целом же высказывание понятно: христианин должен соответствовать своему призванию. Если же он пренебрегает своим высоким назначением, то в его жизни нет смысла, его христианство становится бесполезным, бессмысленным. «Кто имеет уши слышать, да слышит


35 ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее. Кто имеет уши слышать, да слышит!


Очень похожее изречение о соли нам прекрасно известно из ЕГагорной проповеди в Евангелии от Матфея, где «солью» Иисус называет своих апостолов: «Вы - соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою ? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям» (Мф. 5:13). Что-то подобное есть и в Евангелии от Марка (Мк. 9:50). Нас не должны удивлять некоторые расхождения в передаче слов Иисуса Христа. Удивительным было бы, если бы все евангелисты всегда и во всем совпадали. Дело в том, что Иисус часто произносил свои яркие изречения, которые запоминались людьми, передавались из уст в уста. Мы это называем преданием. Конечно, иногда предание несколько изменяло первоначальную форму высказываний. К тому же различным мог быть и перевод с арамейского, родного языка Иисуса Христа, на греческий язык Евангелий. И еще: часто люди, запомнив высказывание Иисуса, забывали, по какому поводу и в какой ситуации оно было произнесено. И в Евангелиях используется то или иное высказывание Иисуса, чтобы прояснить мысль, важную для каждого евангелиста в его конкретной ситуации. Отсюда и некоторый разнобой в букве.

В Евангелии от Луки образ соли, как и у Матфея, применен к ученикам Иисуса. Как в строительстве башни и в бою они не должны терпеть неудачу, сдаваться, останавливаться на полпути, так же они должны постоянно пребывать в церкви и в обществе как «добрая вещь», как очищающее и сохраняющее от порчи начало, как придающая вкус пище приправа.

В том случае, если соль, скажем, при долгом хранении, теряет свою соленость, становится безвкусной, пресной, она уже не годится не только как приправа к пище, но даже как удобрение почвы, как навоз. Упоминание земли и удобрения, наверное, - отголосок изречения в той форме, в какой оно представлено в Нагорной проповеди: «Вы - соль земли». Навоз хотя бы для земли годится, а несоленая соль и для этого не годится.

Возможно также, что Лука это слово о соли понимал, относя его к собственности, о которой только что шла речь. Собственность только тогда имеет смысл, правильно применяется, когда она идет на пользу ближним.

Остается только еще немного остановиться на букве высказывания «если соль потеряет силу». Исходя из нашего жизненного опыта, как можно представить себе, что соль «потеряет силу»? Пожалуй, нам это трудно себе представить. Были попытки объяснить это свойствами соли, добываемой в Палестине из Мертвого моря. Мол, из-за неких химических или физических процессов или по причине загрязнения соль могла терять свою ценность как соль.

Однако интересно обратить внимание на оригинальный греческий текст, который буквально переведен в церковнославянском Евангелии: «Добро есть соль: аще же соль обуяет, чим осолится?» Здесь важен глагол обуяет, который буквально отражает греческий глагол μωραίνω, означающий «быть глупым, безумным, сходить с ума, ополоуметь, одуреть, стать помешанным». То есть буквально так: «если же соль сойдет с ума, то чем ее исправить?» И вот, учитывая:

1) трудно представимую соль, которая перестала быть соленой;

2) оригинальный, то есть греческий, текст и его буквальный церковнославянский перевод,

- можно дать такое объяснение высказыванию о соли:

Иисус говорит своим апостолам: «Вы - соль земли». Но, в принципе, эти слова молено отнести и ко всякому человеку, уверовавшему во Христа, принявшему Его Евангелие Царства Болеьего и свободы вечной жизни. Так вот, отказаться от своей веры, от Христа, от Евангелия, от свободы и вечной жизни - так же трудно представимо, как представить себе несоленую соль. Несоленая соль - это абсурд, который возможен только в одном случае: «аще же соль обуяет,», то есть сойдет с ума, став вдруг несоленой. Так лее и отказ от самой драгоценной жемчужины христианства, отказ от дарованного тебе блаженства - абсурд, объяснимый только одним - сумасшед- ствием, безумием. Апостол, переставший быть апостолом, никому не нужен. Христианин, переставший быть христианином, - безумец. Мне кажется, что оригинальный евангельский текст несет на себе именно такой оттенок, и совсем не обязательно выдумывать химические и физические причины того, как соль становится несоленой, или «теряет свою силу», как это переведено в Синодальном переводе.

В целом же высказывание понятно: христианин должен соответствовать своему призванию. Если же он пренебрегает своим высоким назначением, то в его жизни нет смысла, его христианство становится бесполезным, бессмысленным. «Кто имеет уши слышать, да слышит

 

Иоанн Бухарев протоиерейТолкование на Евангелие от Луки,

 глава 14, стихи 25 - 35:


25 С Ним шло множество народа; и Он, обратившись, сказал им:

26 если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником;
 

Все это высказано И. Христом после притчи о званых на вечерю, т. е. в царство Его, когда Он увидел многих, желающих туда войти, но не имеющих надлежащей решимости и подвигов, которые требуются для сего. 

Грядет (приходит) ко Мне. Это значит тоже, что слова: хощет идти по Мне, во след Мене (за Мною; ст. 27. Мк. 8:34), – т.е. желает быть учеником, последователем Христовым. Не возненавидит отца своего и матерь, у Матфея: любит отца или мать более, нежели Меня (Мф. 10:37). Эти слова значат, что Господа, как Бога и Спасителя, даровавшего людям вечное спасение, должно любить больше всего на свете, больше самих родителей, детей и пр., так что если бы когда потребовалось, должно жертвовать любовию к ним для любви ко Христу (см. 51–53 ст.). Так поступали св. мученики и подвижники: первые принимали христианскую веру, несмотря на то, что родители и пр. стояли на том, чтобы они оставались в язычестве, вторые оставляли родной дом и удалялись в пустыню. «Повелевает Господь, говорит св. Златоуст, не просто возненавидеть; ибо это совершенно противозаконно: но если кто из них скажет, чтобы ты его любил более, нежели Меня, то в сем случае возненавидь его.» Возненавидет родителей и др., т. е. отрешиться отречься (сл. ст. 33), отстраниться от них, оставить их, разорвать с ними все. Еще же и душу свою (притом – не возненавидит и самой жизни своей). Душа в противоположность духу берется здесь, как начало греховное в человеке (1 Кор. 2:14–15). Возненавидеть душу, т. е. возненавидеть греховное начало в себе, как препятствующее человеку творить все доброе, располагающее ко греху, возбуждающее и питающее страсти: должно возненавидеть это начало, т. е. не слушаться его, бороться с ним и подавлять его. «Смотри же, разъясняет блаж. Феофилакт, не соблазнись сим изречением. Ибо человеколюбец не бесчеловечию учит, не самоубийство внушает, но хочет, чтобы искренний Его ученик ненавидел своих родных тогда только, когда они препятствуют ему в деле богопочитания и когда он при отношениях к ним находит затруднения в совершении добра.» Ненависть христианина, пишет один из пастырей, не обнаруживается в тех разрушительных явлениях, которые сопровождают ненависть, внушаемую духом мира; она разрушает только злое, но спасает доброе. Если, по несчастию, христианин должен будет возненавидеть родителей, то он будет ненавидеть в них только врагов Христовых, и притом до тех пор, пока они остаются ими. Он будет противиться их незаконным повелениям, – может быть и обличит их, может быть и удалится и скроется от них из любви к Иисусу Христу, Которого они не любят, но в то же время не опустит возможных и приличных способов обратить их на путь истинный и не усумнится молиться о спасении душ их, о вразумлении и просвещении их свыше, особенно когда их вражда к И. Христу есть следствие каких-нибудь и предрассудков, вражда бессознательная, слепая» (Душ. Чт. 1862 г).


27 и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником.


Не носит креста своего. Носить крест значит быть готовым на тяжкие страдания и даже самую смерть для спасения своего. Выражение это берется от обычая, по которому осужденные на крестную смерть сами должны были нести крест до места казни. Так нес Свой крест Христос Спаситель. Таким образом во всех указанных словах Спасителя содержится наставление о самоотвержении, необходимом для Его последователей, – необходимом для спасения души. Это наставление Господь подтверждает приточными изречениями, взятыми из обыденной жизни: 1) о желающем строить башню (23–30 ст.), 2) о войне между двумя царями (31–32) и 3) о соли (34–35).
28 Ибо кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее,
 

Столп создати (построить башню), – вообще большое и хорошее здание. Быть может, образ взят от строения Вавилонской башни (Быт. 11 гл.). Разчтет имение, аще имат, еже есть на совершение (не вычислит издержек, имеет ли он что нужно для совершения ее). Смысл этих слов понятен, т. е. предварительно обдумает, сообразит, имеет ли он средства, достаточные для того, чтобы произвести постройку. Иначе, начав дело без достаточных средств и не окончив его, может подвергнуться осмеянию. Подобным образом и всякий последователь Христов должен постараться запастись трудным подвигом самоотвержения, (о котором Господь говорил выше, (ст. 26) и повторяет ниже (ст. 38): иначе он не может быть достойным Его учеником. Св. Григорий Двоеслов, применяя слова Христовы к христианскому смирению, говорит: «Если мы желаем построить столп смирения, то должны наперед приготовить себя к неприятностям века сего» (Сборн. Барс.).

29 дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним,

Иисус Христос все еще на пути в Иерусалим - к своим страстям. За Ним тянется большая толпа людей, и Он обращается к ним с речью. Он говорит о том, что значит не просто идти за Ним в ожидании чуда или того времени, когда Он, как ожидали, воцарится на царском престоле, но что значит следовать за Ним, то есть быть Его последователем. Ведь Его ожидает не земная власть и слава, но страдания и крест. Его последователь тоже должен быть готовым к страданиям или по меньшей мере к тому, что ему придется пожертвовать многим, что ему дорого в этой жизни. Речь Иисуса содержит суровые требования. Но условия, которые Он ставит перед людьми, таковы, что тот, кто им не следует, не может быть Его учеником. Это Он повторяет трижды!

Во-первых, ученик Иисуса должен возненавидеть свою семью: отца и мать, жену и детей, братьев и сестер. Евангелист Матфей (Мф. 10:37-39) несколько смягчает: у него нет слова «ненавидеть». Он пишет не о ненависти, а о любви: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Лука же ко всему этому добавляет еще и ненависть к «самой жизни своей». Так в Синодальном переводе: ненавидеть жизнь свою. А в церковнославянском переводе не жизнь, а душу свою. Но не следует смущаться, так как библейское «душа» (ψυχή) и означает «жизнь», «живое существо», «жизненное начало». В любом случае - суровые, очень суровые требования в Евангелии от Луки. Правда, чрезмерная суровость звуч ит только в буквальных переводах. Читатель писания должен помнить, что в библейском языке глаголы «любить» и «ненавидеть» во множестве контекстов не имеют эмоционального смысла, но означают нечто иное. Ну вот ближайший пример: великая заповедь «любить врага». Разумеется, речь идет вовсе не о чувственной и даже не о духовной или любой другой «любви». Речь идет о «принятии»: ведь грешники, враги-язычники считались нечистыми, можно сказать, почти не людьми. С ними нельзя было общаться, их нельзя было «принимать». Или когда в уста Исаака вкладываются слова: «Макова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13: Мал. 1:2-3), то, разумеется, речь идет не о том, что Исаак ненавидел своего родного сына Исава в нашем обычном смысле этого слова. Речь идет о том, что первородство и наследство достается не Исаву, а Иакову. Так и в нашем случае не следует принимать слова о ненависти к отцу, матери и так далее буквально. Это было бы насилием над смыслом слов Иисуса Христа. Вообще ближневосточные языки очень образны. Многое в них выражено гиперболизированно. Это всегда надо учитывать. Говоря, что мы должны возненавидеть наших ближних, Господь имеет в виду, что любовь, которую мы должны питать к Нему, просто несравнима ни с какой другой земной любовью. Речь о степени любви: любовь к Иисусу выше, или даже, лучше сказать, она - иного плана. И, пожалуй, это лучше все-таки выражено в Евангелий от Матфея: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» и так далее (Мф. 10:37).

Второе, подобное прежнему, изречение Иисуса - о готовности к мученичеству: «и кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником». Собственно, об этом мы уже говорили при разборе 9-й главы Евангелия, где речь шла о ежедневном пребывании под тяжестью своего креста, как и должен воспринимать свою участь последователь Иисуса: «если кто хочет идти за Мною, отвертись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лк. 9:23). И эта участь ученика может быть путем через страдания и смерть с Учителем Иисусом.

Далее приводятся две притчи: о незавершенном строительстве башни (скорее всего, имеется в виду сторожевая вышка в винограднике) и о неверной оценке своих сил и сил противника в военном походе. Спаситель в этих притчах говорит о трезвой оценке и об испытании своих возможностей и сил, дабы Его последователь не впал в самообман и легкомысленную мечтательность о себе, отдавая себе отчет в том, сможет ли он завершить начатое. Призыв к людям следовать за Христом не должен скрывать от них ожидающих их суровых условий, поверхностно привлекать их к христианской вере, а потом бросать их на полпути, предоставляя их своей судьбе. Это евангельское наставление было особенно важным в середине I века, в начавшемся миссионерском движении апостолов и евангелистов по просторам Римской империи. Всегда было искушение статистикой: привлечь как можно больше сторонников и последователей Христа, часто таких, которые были слишком слабыми для «возведения башни» и неприспособленными для борьбы и «войны». А ведь времена для первых христиан были действительно очень суровыми, полными опасностей и для их положения в обществе, и для самой их жизни. Это справедливо всегда и во всем: человек всегда должен принимать во внимание степень риска и учитывать все, какое бы дело он не начинал. Тем более так следует поступать, выбирая путь христианской веры.

Завершается этот цикл наставлений о последовании Христу принципиальным условием: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Нечто подобное мы уже читали в нашем Евангелии. Например, «продавайте имения, ваши и давайте милостыню» (Лк. 12:33). А в дальнейшем Иисус скажет молодому человеку, который захочет быть Его последователем: «Одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим., и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18:22).

Не быть обремененным и связанным личным имуществом относится к необходимым предпосылкам «строительства башни» и «готовности к битве» - все это образы христианской жизни и совершенствования. В отказе от имущества ранняя церковь видела идеал христианского существования. У евангелиста Луки мы читаем об этом в повествовании о призвании рыбаков Иакова и Иоанна Зеведеевых, которые «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11), и в призвании мытаря Левия, который, «оставив все, встал и последовал за Ним» (Лк. 5:28). А в Книге Деяний о самой первой церкви Лука пишет: «Все верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:44-45). Никто из христиан «ничего из имения своего не называл своим., но все у них было общее» (Деян. 4:32). То есть церковь - речь здесь идет об иерусалимской церкви - представляла собой в первое время своего существования нечто подобное коммуне, имеющей скромное имущество. Этот идеал был особенно близок евангелисту Луке, почему именно в его писаниях он так выделен. Впоследствии этот идеал, не сумев продержаться долго, уступил место более реалистическому устройству христианских общин, так и оставшись идеалом.


30 говоря: этот человек начал строить и не мог окончить?


Столп создати (построить башню), – вообще большое и хорошее здание. Быть может, образ взят от строения Вавилонской башни (Быт. 11 гл.). Разчтет имение, аще имат, еже есть на совершение (не вычислит издержек, имеет ли он что нужно для совершения ее). Смысл этих слов понятен, т. е. предварительно обдумает, сообразит, имеет ли он средства, достаточные для того, чтобы произвести постройку. Иначе, начав дело без достаточных средств и не окончив его, может подвергнуться осмеянию. Подобным образом и всякий последователь Христов должен постараться запастись трудным подвигом самоотвержения, (о котором Господь говорил выше, (ст. 26) и повторяет ниже (ст. 38): иначе он не может быть достойным Его учеником. Св. Григорий Двоеслов, применяя слова Христовы к христианскому смирению, говорит: «Если мы желаем построить столп смирения, то должны наперед приготовить себя к неприятностям века сего» (Сборн. Барс.).


31 Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами?
 

Смысл приточного изречения о царе, желающем воевать, тот же, что и о человеке, желающем построить здание, т. е. что последователь Христов, чтобы быть достойным звания сего, должен иметь духовные средства к тому, из которых первое – самоотвержение: иначе он может подвергнуться поражению со стороны врагов духовных, каковы мир, плоть и диавол, и не достигнуть спасения. Прекрасно поучает св. Григорий Двоеслов по поводу сего изречения Спасителя: «Грядет с двумя против одного Тот, Кто будет вместе за дела и помышления судить нас. Что надобно нам делать? Пошлем к Нему посольство – слезы наши, дела милосердия, возложим на алтарь Его жертвы умилостивления, сознаемся, что не можем на суде состязаться с Ним, помыслим о могуществе Его и будем умолять о даровании нам мира. Вот в чем состоит посольство, которое умилостивляет грядущего Царя! Подумайте, братие, как благоснисходительно то, что Могущий стеснить нас Своим пришествием, медлит этим пришествием. Пошлем же к Нему, как мы сказали, посольство со слезами, дарами и священными жертвами» (Сбор. Барс.).


32 Иначе, пока тот еще далеко, он пошлет к нему посольство просить о мире.


Смысл приточного изречения о царе, желающем воевать, тот же, что и о человеке, желающем построить здание, т. е. что последователь Христов, чтобы быть достойным звания сего, должен иметь духовные средства к тому, из которых первое – самоотвержение: иначе он может подвергнуться поражению со стороны врагов духовных, каковы мир, плоть и диавол, и не достигнуть спасения. Прекрасно поучает св. Григорий Двоеслов по поводу сего изречения Спасителя: «Грядет с двумя против одного Тот, Кто будет вместе за дела и помышления судить нас. Что надобно нам делать? Пошлем к Нему посольство – слезы наши, дела милосердия, возложим на алтарь Его жертвы умилостивления, сознаемся, что не можем на суде состязаться с Ним, помыслим о могуществе Его и будем умолять о даровании нам мира. Вот в чем состоит посольство, которое умилостивляет грядущего Царя! Подумайте, братие, как благоснисходительно то, что Могущий стеснить нас Своим пришествием, медлит этим пришествием. Пошлем же к Нему, как мы сказали, посольство со слезами, дарами и священными жертвами» (Сбор. Барс.).


33 Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником.


Не отречется всего своего имения (не отрешится от всего, что имеет) – мысль та же, что и выше в словах: не возненавидит отца своего и матерь и пр. Т. е. ученику Христову должно отрешиться от всего, что может препятствовать истинному следованию его за Христом, будут ли то кровные привязанности, или греховные стремления души, страсти, или земные предметы и т. п.


34 Соль — добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее?


Приточное Христово изречение о соли есть и у еванг. Матфея (Мф. 5:13) и Марка (Мк. 9:50). Соль имеет свойство предохранять от порчи съедомые предметы и делать пищу здоровою и приятною; но она может и испортиться – потерять свою полезную силу, и тогда делается совершенно негодною ни к чему, – даже и для земли и для навоза не принесет пользы, и ее в таком случае бросают, как ни к чему негодную (ни в землю, ни в гной – навоз – потребна есть; вон изсыплют ю – (выбрасывают ее). Что соль для пищи, то самоотвержение для христианина: без самоотвержения христианин не может быть истинным последователем Христовым. И здесь смысл притчи о соли тот же, что выше о строителе башни и о царе. У еванг. Матфея Господь говорит, обращаясь к Своим ученикам: вы – соль земли; это значит: вы своею жизнию и делами – своим примером должны предохранять мир от нравственной порчи, т. е. от заблуждений и пороков, противодействовать распространению растлевающих мудрований и обычаев – и содействовать его нравственному здоровью, т. е. развивать и укреплять в нем добрые понятия, и возбуждать к доброй деятельности. Аще соль обуяет (потеряет силу) и пр. Это значит: если бы случилось так, что вы – Мои ученики и нравственный пример во вселенной – потеряли бы нравственную силу и влияние на мир, то кто же тогда может иметь эту силу и влияние? Что будет и с вами самими в таком случае? Вы тогда и сами погибнете, как соль, которая, потеряв силу, была бы выброшена. Епископ Феофан так поучает по поводу изречения Господня о соли: «Просвещение действует как соль, когда оно исполнено начал и элементов учения Господня, когда само состоит в ученичестве у Господа; а коль скоро оно отступает от этого направления, и, вместо уроков Господних, усвояет себе чуждые учения, тогда оно обуевает само и становится непотребным, само заражается гнилостию заблуждения и лжи и начинает действовать уже не целительно, а заразительно. История подтвердила и подтверждает это повседневными опытами» (сбор. Барс.). Имеяй уши слышати и пр. Это – изречение, которое Господь употреблял нередко, когда нужно было обратить особенное внимание на какое-либо Его учение (см. Лк. 8:8). 


35 ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее. Кто имеет уши слышать, да слышит!


Приточное Христово изречение о соли есть и у еванг. Матфея (Мф. 5:13) и Марка (Мк. 9:50). Соль имеет свойство предохранять от порчи съедомые предметы и делать пищу здоровою и приятною; но она может и испортиться – потерять свою полезную силу, и тогда делается совершенно негодною ни к чему, – даже и для земли и для навоза не принесет пользы, и ее в таком случае бросают, как ни к чему негодную (ни в землю, ни в гной – навоз – потребна есть; вон изсыплют ю – (выбрасывают ее). Что соль для пищи, то самоотвержение для христианина: без самоотвержения христианин не может быть истинным последователем Христовым. И здесь смысл притчи о соли тот же, что выше о строителе башни и о царе. У еванг. Матфея Господь говорит, обращаясь к Своим ученикам: вы – соль земли; это значит: вы своею жизнию и делами – своим примером должны предохранять мир от нравственной порчи, т. е. от заблуждений и пороков, противодействовать распространению растлевающих мудрований и обычаев – и содействовать его нравственному здоровью, т. е. развивать и укреплять в нем добрые понятия, и возбуждать к доброй деятельности. Аще соль обуяет (потеряет силу) и пр. Это значит: если бы случилось так, что вы – Мои ученики и нравственный пример во вселенной – потеряли бы нравственную силу и влияние на мир, то кто же тогда может иметь эту силу и влияние? Что будет и с вами самими в таком случае? Вы тогда и сами погибнете, как соль, которая, потеряв силу, была бы выброшена. Епископ Феофан так поучает по поводу изречения Господня о соли: «Просвещение действует как соль, когда оно исполнено начал и элементов учения Господня, когда само состоит в ученичестве у Господа; а коль скоро оно отступает от этого направления, и, вместо уроков Господних, усвояет себе чуждые учения, тогда оно обуевает само и становится непотребным, само заражается гнилостию заблуждения и лжи и начинает действовать уже не целительно, а заразительно. История подтвердила и подтверждает это повседневными опытами» (сбор. Барс.). Имеяй уши слышати и пр. Это – изречение, которое Господь употреблял нередко, когда нужно было обратить особенное внимание на какое-либо Его учение (см. Лк. 8:8). 

 

 

1-е послание Апостола Павла к Солунянам , 

глава 3, стихи 9 - 13:


9 Какую благодарность можем мы воздать Богу за вас, за всю радость, которою радуемся о вас пред Богом нашим,
10 ночь и день всеусердно молясь о том, чтобы видеть лице ваше и дополнить, чего недоставало вере вашей?
11 Сам же Бог и Отец наш и Господь наш Иисус Христос да управит путь наш к вам.
12 А вас Господь да исполнит и преисполнит любовью друг к другу и ко всем, какою мы исполнены к вам,
13 чтобы утвердить сердца ваши непорочными во святыне пред Богом и Отцем нашим в пришествие Господа нашего Иисуса Христа со всеми святыми Его. Аминь.



Святитель Феофан Затворник. Толкование на 1-е послание Апостола Павла к Солунянам,

 глава 3, стихи 9 - 13:


9 Какую благодарность можем мы воздать Богу за вас, за всю радость, которою радуемся о вас пред Богом нашим,

Первый плод вести, принесенной святым Тимофеем, — обрадование Апостола Павла; второй — благодарение Богу. Обрадованный благодарит Бога, от Которого всякое благо. Дух, в Боге живущий, к Нему впервые и обращается, в радости ли, или в скорби. Бо — ибо — изъяснительное, вместо: да и какое благодарение воздадим? Или, — удерживая обычное значение сей частицы — указание причины, — можно допустить, что — кое бо благодарение воздати — стоит вместо: ибо это для нас величайшее, неизреченное благо. Благо сие от Бога. Вместо того, чтобы выставлять великость блага, Апостол говорит о невозможности достойно возблагодарить за него Бога. Как бы так: твердость ваша в вере сколько была желательна, и сколько я боялся за нее! Известие превзошло мои ожидания. Это великое для меня благодеяние Божие. И сил не имею достойно возблагодарить Бога за сие благо. Обрадование мое ради вас не имеет меры. Святой Златоуст говорит: «Распространяя вышесказанное (то есть мы живы...), Апостол говорит: кое бо благодарение воздамы... Вы были для нас виновниками столь великой радости, что мы не в силах и возблагодарить достойно Бога. Успехи ваши мы считаем даром Божиим. Вы столько облагодетельствовали нас, что мы считаем это делом, совершенным по внушению Божию, или, лучше, делом Самого Бога. Столь возвышенные чувствования (ваши) — не дело человеческих усилий». Можем воздати. Воздают долг. Считая себя крайне облагодетельствованным, чувствует обязанность благодарить Бога, но сил не находит достойно возблагодарить Его. Так велико благо обрадования. «Великость веселия препобеждает песнопение уст, ибо не в силах мы вознести Богу песнь, равносильную радости, какая доставлена нам вами» (Феодорит). О вас. Говорит только о своем обрадовании из-за них, в изъявление крепкой и неудержимой любви своей к ним. О всякой радости — или указывает на разные предметы, радость доставившие, или вообще означает полноту радости, — так: за всю эту радость, к этому же относится и: еюже радуемся вас ради... Радостью радоваться значит радоваться полно, в высшей степени, — то же, что в другом месте — возрадоваться радостью великою (Мф. 2:10). Пред Богом. — Возвышает цену радости, — радуется такою радостью, какою свойственно радоваться пред Богом, радостью святою, благоговейною, в духе веры и преданности Богу и зачавшеюся, и зреющею. Тут же и удостоверение в искренности радости, как бы: пред Богом, всевидящим свидетелем и всего того, что внутри сокровенно происходит.


10 ночь и день всеусердно молясь о том, чтобы видеть лице ваше и дополнить, чего недоставало вере вашей?

 

Третий плод благой вести о солунянах — желание видеть их и желание столь сильное, что у святого Павла была о том денно-нощная молитва всеусердно изливаема пред Богом. Когда благодарит он за обрадование свое, можно думать, что благодарит за себя, за свое счастие. Прилагая же и молитву о том, чтобы видеть новообращенных учеников, он дает разуметь, что не это одно обрадование у него на душе. Это снаружи, глубже лежит любовь. Обрадование из любви к ним. Любовь произвела обрадование при вести о добром стоянии их в вере. Она же — причиною того, что он не довольствуется одною радостью, но желает и видеть их. То и другое сливается в одно чувство, и заставляет молиться день и ночь, чтоб Бог сподобил увидеть их и еще. «Как земледелец, слыша о своем поле, которое он возделал, что оно изобилует плодами, нетерпеливо желает видеть сам то, что ему доставляет такую приятность, так и Павел — Македонию» (Златоуст). Видеть же их молится не затем, чтобы только видеть, но чтоб восполнить лишение веры. Чувства у Апостола всегда подчинены главной цели его служения апостольского, — чтоб обращенные стояли в вере и знали ее в совершенстве. В краткое пребывание в Солуни многое было не договорено. Вот и желает посетить их, чтоб договорить. Подобно сему и к римлянам пиша, говорит он, что всегда желал видеть их, чтоб преподать им некое дарование духовное к утверждению их (Рим. 1:11) Совершити лишение веры. Вера, как настроение душевное, была сильна у них, но содержание веры не все было им преподано. Сила веры была велика, но не познание предметов ее. Вера может являться в полном напряжении с первого момента уверования, но время и учение все более и более раскрывают область веры. Святой Златоуст пишет: «Совершити лишение веры... что это значит? — То, что они еще не всем учением воспользовались и не всему научились, чему надлежало научиться. Быть может, между ними были и состязания о воскресении, и много было таких, кои смущали их уже не искушениями и опасностями, но тем, что выдавали себя за учителей. Это он и называет лишением веры. Почему не сказал: утвердити, но: совершити... что более относится к научению, нежели к утверждению, подобно тому, как и в другом месте говорит он: да совершит вы во всяком деле блазе (Евр. 13:21)». Экумений прибавляет: «О колеблемых в вере говорит: утвердити (стих 2), а о твердых в вере, недостаток же некий имеющим в учении ее,—совершити, говорит, то есть восполнить. Учение веры не было им вполне известно. Неполно знали они о воскресении и, может быть, о чем подобном. В вере во Христа они были тверды, несмотря на искушения и скорби. Но надлежало им узнать и все догматы нашей веры» (то же и Феофилакт).


11 Сам же Бог и Отец наш и Господь наш Иисус Христос да управит путь наш к вам.


О себе все уже высказал Апостол. Заключает свою речь молитвою, чтоб ему до солунян дойти, а им возрасти в христианском совершенстве и явиться такими во второе пришествие Христово. Бог Отец, яко Вседержитель и Творец видимых, и Господь Иисус Христос, Которым вся быша (Ин. 1:3), Которому дана всяка власть на небеси и на земли (Мф. 28:19),— власть вседержительная, все устроять во благо веры и верным, и Который обещал быть с верующими во вся дни до скончания века (20) и исполнять всякое их прошение. «Сие научает равенству Отца и Сына, давая знать, что Отец и Сын домостроительствуют одно и то же, как одно и то же создают» (Феодорит). Почему да исправит стоит в единственном числе. — Триипостасный Бог действует в нас во спасение чрез воплотившегося Сына Божия Единородного и снисшедшего Духа Святого по благоволению Отца. Да исправит путь наш к вам. Да исправит — время укажет, препятствия устранит и все, благоприятствующее покойному путешествию, устроит. Апостол жил в Богопреданности и шаги свои все направлял по указаниям свыше, выражались ли они внутри — полным уготованием «сердца», беспоперечным, или вне — стечением обстоятельств, вызывавших на какие-либо начинания и представлявших все к тому удобства. Сам ничего не предусвоял, а все, как Бог. Святой Златоуст говорит на сие место: «Молиться не только внутренно, но и излагать молитву свою в послании, — есть свойство чрезвычайной любви, есть свойство души пламенной и поистине неудержимой. Он говорит как бы так: Сам же Бог да прекратит искушения, отовсюду препятствующие нам иметь прямой к вам путь», «да исполнит наше желание и уничтожит встречающиеся затруднения» (Феодорит), «да отженет сатану, который всюду посредством искушений полагает нам препятствия — прийти к вам» (Экумений).


12 А вас Господь да исполнит и преисполнит любовью друг к другу и ко всем, какою мы исполнены к вам,


Благожелания солунянам в духе веры и упования. — Желает им совершенства в любви, которая одна сильна сохранить их непоколебимыми в вере и чистыми по жизни до самого второго пришествия Христова, в котором решается вечная участь каждого. Вас же Господь. Прежде говорил: Бог и Отец, и Господь... а теперь только Господь. Это потому, что Господь и Отец — едино суть, по слову Самого Господа: Аз и Отец едино есма (Ин. 10:30), и потому, что вслед за ним прилагаются благожелания по домостроительству нашего спасения, которое Триипостасный Бог совершает чрез воплотившегося Бога Сына, Господа нашего Иисуса Христа. Да умножит и преизбыточествит любовию — это то же, что да исполнит и преисполнит любовию. Святой Златоуст выражает значение обоих слов одним: да возрастит. Блаженный же Феодорит разделяет значение каждого слова и первое относит к умножению числа верующих, а второе — к объединению всех их в любви. «Молится, чтоб восполнил их числом и сделал избыточествующими в любви, то есть приобретшими совершенную любовь, так чтобы им нимало не иметь в ней недостатка». Любовию друг ко другу и ко всем. — Любви исключительно желает ради того, что она есть союз совершенства (Кол. 3:14), есть исполнение закона (Рим. 13:10). Преспеяние христианское есть преспеяние в любви (1 Тим. 6:11). Как Сам Господь, как другие Апостолы, так и святой Павел выше всего в христианстве ставит любовь (1 Кор. 13 глава). — Но кого разумеет Апостол под — ко всем? — Если под — друг ко другу — разумеет только уверовавших, солунян, то ко всем будет означать — ко всем прочим христианам. Так Феодорит: «Чтобы оказывали любовь не только друг ко другу, но и ко всем единоверным, где бы они ни находились». Если же под друг ко другу разуметь христиан вообще, то ко всем будет означать всех людей. Так Экумений: «Дело христиан не только братьев любить, но и всех людей, и верующих, и неверующих». Святой Златоуст разумеет любовь ко всем, без указания на веру. «Смотри, как хочет распространить эту любовь! — Не только друг ко другу, но и ко всем. Ибо в том поистине обнаруживается любовь по Богу, что она стремится обнять собою всех. Если же ты одного любишь, а другого нет, то твоя любовь человеческая». Святой Апостол Павел нередко внушает любовь ко всем людям. Так Тит. 3:2; 1 Тим. 2:1; 1 Фес. 5:15; и подобное. Яко же и мы к вам, — подразумевается: полны и избыточествуем любовию. Выражение усеченное требует дополнительных мыслей. Можно так: сказав о любви ко всем, он дал намек и на себя, говоря как бы: ко всем, и к нам... После сего естественно будет следовать: якоже и мы к вам — или прямо: любите себя взаимно и всех, как мы вас любим, — то есть бескорыстно, с готовностию на всякие жертвы, как говорит он о себе во 2-й главе. Свою любовь, известную солунянам и испытанную ими, ставит в образец: «Нас имейте мерою и образцом любви» (Феофилакт). Ставить себя в образец обычно святому Апостолу Павлу (2 Фес. 3:9; Флп. 3:17). Но на себе он не останавливает христиан, а от себя возводит ко Христу Господу, говоря: подражатели мне бывайте, якоже аз Христу (1 Кор. 11:1). Таким образом, он всех возводит к Единому. В деле нравственного воспитания пример сильнее всякого слова.


13 чтобы утвердить сердца ваши непорочными во святыне пред Богом и Отцем нашим в пришествие Господа нашего Иисуса Христа со всеми святыми Его. Аминь.

 

Желает любви, потому что она есть единственная подпора полной нравственной чистоты, которая такою является ныне пред очами всевидящего Бога и такою явится в пришествие Господа, когда все — и сокровенное — будет обнажено и явлено пред всеми. «Любовь делает непорочными, и притом воистину непорочными делает она одна. Любовь к ближнему заграждает всякий вход греху. И нет решительно ни одного греха, которого бы, подобно огню, не истребляла сила любви. Удобнее слабому хворосту устоять против сильного огня, нежели естеству греха против силы любви» (Златоуст). Вот почему, желая твердости в нравственной непорочности и чистоте, он желает любви. Любовь — средство к непоколебимой чистоте, или твердой безукоризненной нравственности, а сия последняя — условие оправдания во второе пришествие Христово. В другом месте он пишет: сицева убо имуще обетования, о возлюбленнии, очистим себе от всякия скверны плоти и духа, творяще святыню в страсе Божии (2 Кор. 7:1). Здесь же говорит: хочешь быть так чистым и безукоризненным, взыщи и вымоли себе любовь совершенную. Святой Златоуст пишет: «Хочу, говорит, чтоб эта любовь избыточествовала в вас столько, чтоб в вас не было никакого порока. Не сказал утвердити вас, но сердца ваша. От сердца бо исходят помышления злая (Мф. 15:19). Можно быть злым, не делая никакого зла, как то: чувствовать ненависть, неверие, быть коварным, радоваться несчастиям ближних, быть недружелюбным, держаться превратного учения, ибо все это есть дело сердца. Быть же чистым от всего этого составляет святость. Ибо хотя святостию главным образом и по преимуществу называется целомудрие, так как и нечистотою — блуд и прелюбодеяние, но вообще всякий грех есть нечистота и всякая добродетель — чистота. Блажени, говорит Спаситель, чистии сердцем (Мф. 5:8), - разумея под чистыми чистых по всему». Пред Богом и Отцем нашим — можно относить и к непорочными во святыни, в той мысли, чтоб сердца их оказывались непорочными и чистыми пред самим всевидящим оком Божиим, в каком случае чистота только и бывает настоящею чистотою,— и к: пришествие Господа, в той мысли, что и суд будет совершаться пред лицем Отца. Так святой Златоуст, Экумений и Феофилакт. Златоуст пишет: «Судиею тогда будет Христос, но мы не пред Ним, а пред Отцом будем предстоять во время суда. — Или здесь Апостол разумеет то, что нам должно быть непорочными пред Богом. О чем я всегда и говорю вам, что непорочными должно быть не пред лицом человека, а пред лицем Божиим, потому что в этом и состоит истинная добродетель». В пришествие Господа. — На этот решительный момент не раз уже возводит Апостол внимание солунян (1 Фес. 1:10; 1 Фес. 2:12, 19). Теперь снова представляет его как последний предел надежд и ожиданий, и вместе как сильнейшее побуждение к поддержанию в себе энергичных усилий к делам и чувствам, какие могут удостоиться одобрения в то время. Что тогда положено будет о ком, то неизменною печатию закрепит участь его на вечные веки, или для блаженства, или для мучения. Со всеми святыми. Иные полагают, — что Апостол желает им непорочности со всеми святыми, наряду с ними, подобно им, чтоб быть в сонме их при сретении Господа (Феодорит). Но прямее слова сии относятся к пришествию Господа со всеми святыми. С какими святыми? — «Ближе всего — с ангелами. Ибо так везде описывается пришествие Господа, что Он окружен будет сонмами ангелов (Мф. 25:31; Мк. 8:38; Лк. 9:26; Деян. 10:22; Мф. 16:27; 2 Фес. 1:7). Но как говорится, — со святыми Его и притом всеми, то можно подразумевать и христиан совершенных, кои суть Его, по преимуществу, как купленные кровию Его и во един дух с Ним сочетавающиеся. Первым из них — Апостолам обетовано сидеть на двенадцати престолах и судить (Мф. 19:28). Аминь. У Апостола не раз в течение речи вводятся молитвенные обращения — и воззвания к Богу, которые он нередко подкрепляет словом: аминь. Как бы: да будет так,— буди, буди. Хочет сказать, что молитвенное благожелание его не есть следствие минутного увлечения, а плод постоянного и твердого его желания им существенного в христианстве блага.


 

Поделиться :
 
Другие новости по теме:

  • Что разлучает Веру и Любовь?
  • Заявление Совета православных организаций по поводу кощунственной акции в Храме Христа Спасителя
  • Апостол Лука
  • Пятница 18-й седмицы по Пятидесятнице
  • Наставление о значении и силе пастырского благословения


  • Добавление комментария
    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent



     
    Новости Православия
    Новости Патриархии
    Новости УПЦ
    Новости Луганской епархии
     
     
    Еженедельное печатное издание. Архив номеров.
    Ссылки на сайты Алчевского благочиния

    Архив
    Декабрь 2021 (4)
    Ноябрь 2021 (91)
    Октябрь 2021 (107)
    Сентябрь 2021 (133)
    Август 2021 (100)
    Июль 2021 (107)
    Официальный сайт Алчевского благочиния, УПЦ МП, город Алчевск, Свято-Николаевский Кафедральный Собор, протоиерей Александр Устименко.
    При использовании материалов ссылка на источик и первоисточник - обязательна.
    © 2009-2018