Главная » Рубрики » Евангелие на каждый день » Среда 14-й седмицы по Пятидесятнице
 
Среда 14-й седмицы по Пятидесятнице  

Усмирение бури

То, что случилось с озером, и о чем рассказывает сегодняшнее Евангелие, у Марка названо выражением, которое можно перевести как «ураган», «вихрь», «сильная буря с ветром».

Марк — единственный из троих рассказчиков, кто упоминает, что, помимо лодки, в которой оказался Иисус, там были и другие лодки. Кому Иисус предлагает переправиться на другую сторону озера? Слово «им» в начале рассказа относится не к ученикам, а к более широкому кругу людей.

Насколько сильной была эта буря, и не преувеличивали ли ученики грозившую им опасность? Может показаться, что, коль скоро речь идет об озере (хотя его и называли морем), вряд ли следует говорить о серьезном шторме. Между тем, и поныне шторм на озере Киннерет — явление не редкое, причем в силу особенностей климата он может наступить внезапно и быть весьма сильным. Наиболее вероятное время для шторма — вечер. Внезапный шторм может быть связан с резкой сменой температуры. Если принять во внимание качество рыбацких лодок во времена Иисуса, то шторм посреди моря в темное время суток представлял реальную угрозу для жизни.

Несмотря на сильный шторм, Иисус спал. Чем можно объяснить столь крепкий сон в столь бурной обстановке? Рассматриваемое чудо — одно из многочисленных подтверждений того, что Иисус обладал полноценной человеческой природой, сосуществовавшей в Нем с божественным естеством.

 Все три Евангелиста, повествующие о событии, говорят о том, что ученики разбудили Иисуса, но только Марк придает их словам тон упрека. Они спрашивают Его: «Неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?» Иисус отвечает вопросами на вопрос: «Что вы так боязливы? как у вас нет веры?»

 Главная беда человека — не в том, что Бог отсутствует, а в том, что человек не замечает Его присутствия. Вера — то связующее звено между людьми и Богом, которое помогает им не забывать о постоянном присутствии Бога в их жизни.

Митрополит Иларион (Алфеев) 

Евангелие святого апостола Марка,

глава 4, стихи 35 - 41:


35 Вечером того дня сказал им: переправимся на ту сторону.
36 И они, отпустив народ, взяли Его с собою, как Он был в лодке; с Ним были и другие лодки.
37 И поднялась великая буря; волны били в лодку, так что она уже наполнялась водою.
38 А Он спал на корме на возглавии. Его будят и говорят Ему: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?
39 И, встав, Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань. И ветер утих, и сделалась великая тишина.
40 И сказал им: что вы так боязливы? как у вас нет веры?
41 И убоялись страхом великим и говорили между собою: кто же Сей, что и ветер и море повинуются Ему?


 

 Мирослав Бакулин (+13.12.20) — современный российский писатель, кандидат филологических наук, журналист, преподаватель, директор культурного центра «Русская неделя». В качестве своего духовника он выбрал игумена Тихона (Бобов) — наместника Свято-Троицкого монастыря. После этого Бакулин стал издавать епархиальную «Сибирскую Православную газету», а также вел ежедневную христианскую программу на радио. 



Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Марка

(Мк. 4:35-41)


Мк.4:35. Вечером того дня сказал им: переправимся на ту сторону.
Мк.4:36. И они, отпустив народ, взяли Его с собою, как Он был в лодке; с Ним были и другие лодки.
Мк.4:37. И поднялась великая буря; волны били в лодку, так что она уже наполнялась водою.
Мк.4:38. А Он спал на корме на возглавии. Его будят и говорят Ему: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?
Мк.4:39. И, встав, Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань.
Мк.4:40. И ветер утих, и сделалась великая тишина. И сказал им: что вы так боязливы? как у вас нет веры?
Мк.4:41. И убоялись страхом великим и говорили между собою: кто же Сей, что и ветер, и море повинуются Ему?

Матфей повествовал об этом иначе (Мф.8:23–27), чем Марк: о чем тот сказал пространнее, то этот сократил, и наоборот, что первый изложил кратко, о том последний сказал пространнее. Господь берет с Собою одних учеников, предоставляя им быть зрителями будущего чуда. Но чтобы они не превозносились тем, что других отослал, а их взял, и вместе, чтобы научить их переносить опасности, попускает им быть в опасности от бури. А спит Он при сем с той целью, чтобы чудо показалось им тем важнее, после того как они перепугались. Иначе, если бы буря случилась при бодрственном состоянии Христа, они не испугались бы или не обратились бы к Нему с прошением о спасении. И вот Он попускает им быть в страхе от опасности, дабы они пришли в сознание силы Его. Поскольку они только на других видели благодеяния Христовы, а сами не испытали ничего подобного, то была опасность, что они сделаются беспечными; поэтому Господь попускает быть буре. Он спит на корме корабля (она была, конечно, деревянная). Пробудившись, Христос запрещает сначала ветру, так как он бывает причиной морского волнения, а потом укрощает и море. Обличает и учеников за то, что они не имели веры. Ибо если бы они имели веру, то верили бы, что Он и спящий может сохранить их невредимыми. Ученики говорили между собою: «кто же Сей», потому что имели еще неопределенное понятие о Нем. Так как Христос укротил море одним повелением, а не жезлом, как Моисей, не молитвенным воззванием, как Елисей Иордан, не ковчегом, как Иисус Навин, то по этой причине Он показался им выше человека; а тем, что спал, Он являлся им опять человеком.


Толкование на Евангелие от Луки.

Укрощение бури: Лк. 8, 22‒25


 епископ Михаил (Лузин)
 

Лк. 8: 22–25. Об укрощении бури ев. Лука повествует согласно со сказанием ев. Марка (Мк. 4: 37–41); сказание же ев. Матфея (Мф. 8: 23–27), в общем совершенно сходное с ними, разнится в двух частных чертах: по нему Господь упрекает учеников за маловерие прежде укрощения бури, по ним – после; по сказанию Матфея «люди», плывшие с учениками, изумлялись чуду, по сказаниям Марка и Луки – сами ученики. Это различие очевидно не имеет никакого значения в отношении к достоверности самого события: когда бы ни был сделан упрек – все равно, и поместить его ранее или позднее – все равно; что же касается до удивления свидетелей чуда: то его конечно выражали и апостолы, и другие плывшие с ними и – один евангелист выставляет на вид более последних, а другие первых.

 Мф. 8: 23–27: В лодку, приготовленную для отплытия из Капернаума на другyю сторону Геннисаретского озера (Мф. 8: 18).

 – Ученики Его: не апостолы только, но вообще ученики, ближе стоявшие к Господу, чем множество народа (Мф. 8: 18), которых было, вероятно, много; ибо за Ним следовали и другие суда (Мк.4:36), что, конечно, увеличивало впечатление от сотворенного Мф. 8: 23–27 нередко бывают внезапно на этом озере, окруженном горами с оврагами; ветер, вырываясь из-за гор, производит сильные бури, так что жизнь пловцов внезапно подвергается сильной опасности.

 – А Он спал: на корме, на возглавии (Мк. 4: 38). После трудов дневных (ибо это было вечером – Мк.4:35) Господь предался успокоению, несмотря на опасность, показывая Своим ученикам, как и во время опасности тело может предаваться успокоению, когда совесть мирна и чиста. 

Спаси нас, погибаем: это – выражение, с одной стороны, страха за свою жизнь, с другой – надежды на могущество Господа. С таким же страхом и надеждою и грешник и каждый христианин должны прибегать к Спасителю, когда обдержит их буря грехов и бедствий. – Что вы так боязливы маловерные? Вы не должны забывать, что Сын Божий с вами, что Он имеет силу сохранить вас, что с Ним вы всюду безопасны. Сим показывает вместе, что «не нашествие искушений, но слабость духа производит страх» (Златоуст). «Не называет их неверными, но маловерными, потому что, когда они сказали: Господи, спаси нас, показали в сем веру, но слово погибаем не было уже от веры» (Феофилакт). 

Запретил ветрам и морю: повелел ветру перестать; море унялось, и стала великая тишина, в противоположность великому волнению. – Люди же (только у Матфея): те, которые плыли на других лодках, вместе с лодкою Господа Исуса. – Кто это: что за всемогущее такое лицо, что повелевает стихиями и силами природы? Люди еще не знали, что это – Сам давно ими ожидаемый Мессия (прим. к Мф. 8: 23–27). Мк. 4: 35–41. «Матфей повествовал об этом иначе, нежели как Марк; о чем тот сказал пространнее, то этот сократил, и наоборот, что первый изложил кратко, о том последний сказал пространнее» (Феофил.), так что евангельские сказания в сем случае (как и во многих других) взаимно восполняются, не будучи разноречивыми. – «Вечером»: более точное определение времени, чем в параллельных местах в Евангелиях Матфея и Луки, т. е. что буря и укрощение ее случились при наступлении ночи или ночью. 

Переправимся на ту сторону, т. е. Геннисаретского озера. Они были в то время в окрестностях Капернаума, на западной стороне озера (ср. ст. Мк. 4: 1), следовательно, готовились переплыть на восточную, или точнее, юго-восточную сторону, о чем и свидетельствует дальнейшее повествование о событии в стране Гадаринской. 

Отпустив народ: вероятно, через преподание Божия благословения и наставлений.

 – Как Он был в лодке, с которой поучал народ (см. Мк. 5: 1).

 – Взяли Его с собою: выражение, употребленное для большей наглядности речи. – С ним были и другие лодки, которые, без сомнения, принадлежали Его последователям. Народ, увлеченный Его учением, как видно, не хотел расставаться с Ним, и имевшие возможность последовать за Ним на лодках воспользовались этой возможностью, чтобы продолжать пользоваться близостью к великому Учителю, слушать Его увлекательное учение, видеть Его поразительные дела. 

Поднялась великая буря и пр.: рыболовная лодка, на которой они плыли, была, конечно, невелика; ветер, вырываясь из горных ущелий, окружавших восточный берег озера, производил сильное волнение; был вечер или даже ночь, усиливающая страшливость; лодка захлебывалась водой, – вера учеников ослабела. – Неужели Ты не заботишься и проч.? Выражение страха и малодушия.

 – Умолкни, перестань: слово Всесильного, которому покоряются стихии мира. – И сказал им и проч.: по сказанию ев. Матфея Господь сказал это до укрощения бури; по сказанию Марка, – после; различие в сказаниях очевидно не важное, когда бы ни был произнесен упрек ученикам за маловерие их; для истинности повествования это равнозначительно. 

Убоялись страхом великим: сильнее, чем выражение у ев. Матфея, – удивлялись. Буря, ночь, опасность великая, страх за жизнь, и вдруг тишина и безопасность по одному слову Иисуса Христа; страх за жизнь сменился страхом пред этой чудотворной силой, так смиряющей стихии; к этому страху неизбежно присоединяется удивление к Чудотворцу, как к тому страху перед опасностью примыкает маловерие; в этом удивлении коренится уже вера в Чудотворца, как Господа неба и земли, как Мессии, хотя вера может быть еще несколько темная, особенно у народа, сопровождавшего Его; ученики, без сомнения, были уже более подготовлены к чистой вере в Него, которую они и выразили в подобном случае после (прим. к Мк. 4: 35–41).

 


Среда седмицы 14-й по Пятидесятнице


протоиерей Димитрий Смирнов


Господь сказал Своим ученикам: «Переправимся на ту сторону. И они, отпустив народ, взяли Его с собою, как Он был в лодке; с Ним были и другие лодки. И поднялась великая буря; волны били в лодку, так что она уже наполнялась водою. А Он спал на корме на возглавии. Его будят и говорят Ему: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем? И, встав, Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань. И ветер утих, и сделалась великая тишина». Однажды Господь нам тоже сказал: давайте переправимся на другую сторону ― и каждый из нас поплыл. Каждый человек, родившийся из утробы матери, должен переплыть житейское море. К этому нас понудил Господь, потому что никто не может сказать: это я сам захотел жить ― и родился, и теперь живу. Каждый человек именно такого внешнего вида, именно таких способностей, дарований, такого устроения вызван к жизни Богом от определенных Им родителей. Есть такая поговорка: жизнь пройти ― не поле перейти. Поле, даже большое, перейти просто, а вот в жизни бывает очень много всяких волнений, трудностей, скорбей и болезней. Нечто подобное испытали и ученики Спасителя. Когда Господь проповедовал Евангелие Царства Божия, чтобы народ Его не теснил, Он на лодке немножко отплыл от берега, а люди стояли по бережку, и Он мог спокойно держать к ним речь. А когда Господь отпустил народ, то прилег на корме отдохнуть и уснул. И вот началась великая буря, потому что озеро Галилейское очень большое и, когда поднимается ветер, там бывают высокие волны.

Волны стали перехлестывать через борт, так что лодка уже почти тонула. Ну, конечно, ученики испугались и стали Его будить: «Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?» Мы слышим в этих словах прямо укор: как Тебе, дескать, не стыдно, мы погибаем, а Тебе вроде и нужды нет. Как же можно спать? Тут буря такая, а Ты спишь. Господь проснулся и «запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань». И море сразу утихло. Потом, обратившись к апостолам, Он сказал: «Что вы так боязливы? как у вас нет веры?» То есть Господь их в свою очередь укорил. Каждый из нас вызван к жизни Богом, и Бог каждого ведет по жизни. Но если человек забывает, что он не сам по себе живет, а живет по промыслу Божию, он начинает всего бояться. Когда человек теряет веру в Бога, он живет в постоянном страхе, у него очень много всяких переживаний: как бы ему не остаться голодным, как бы не лишиться пенсии, как бы не простудиться и не заболеть. И Господь вскрывает причину этого страха ― она в маловерии. Потому что, удалившись от Бога, человек не чувствует, что и волосы на голове у него все сочтены и ни один из них без воли Божией не выпадет. Жизнью каждого человека распоряжается Господь. И если тебе надо поболеть по промыслу Божию, то ты поболеешь, как бы ты себя ни берег, сколько бы ни кутался и лекарств ни принимал. Если Господь сказал, что твой час пробил, то, какое бы у тебя крепкое здоровье ни было, ты умрешь. Человек умирает не от того, что он заболел, а потому, что Господь берет его душу. Бывает даже, в день выписки из больницы идет человек за своей картой к старшей медсестре и в этот момент умирает. Ну как же так, его же вылечили, почему он умер? А про другого говорят: он проживет два месяца ― а он живет двадцать лет. Как так? Вроде болен, должен умереть ― но нет, суд Божий об этом человеке иной. Наша жизнь в руках Божиих, а все наши страхования навеваются дьяволом, потому что страх изгоняет любовь. Но истинная любовь к Богу изгоняет страх, она делает человека бесстрашным. Когда человек любит Бога всей душою своею, всем телом своим, всем помышлением, всей крепостью, он ничего не боится, потому что чувствует себя находящимся в сильной руке Божией. Чувствует, что Господь его хранит, Господь его любит, Господь его ведет. Если же человек вдруг чего-то ужасается ― он сразу начинает тонуть в житейском море. Это неизбежно, потому что, когда человек впускает в свое сердце страх, неверие, это значит, он впускает в сердце дьявола, который вытесняет оттуда благодать Божию. Сегодняшнее Евангелие говорит как раз об этом. Господь спрашивает: что ж вы так испугались? Я же с вами. Чего бояться, когда с нами Бог? А человек, по своему маловерию, постоянно ужасается, постоянно строит свою жизнь не на Боге, не на том, что он христианин, а на своих житейских предрассудках. Он почему-то считает, что, если будут у него деньги, значит, он будет счастлив; или если будет у него здоровье, значит, он будет жить долго. Или, допустим, жена думает: вот я сейчас с мужем разведусь, и у меня будет покой. Это все глупости, потому что Господь каждому дает крест в зависимости от его души, для того, чтобы человека спасти и привести в Царствие Божие. А человек строит свою жизнь не по заповедям Божиим, а по каким-то собственным причудам и даже не задумывается, а согласно ли это с волей Божией. И оказывается, что часто бывает и не согласно. Поэтому причина всех наших страхов: как бы чего не случилось, как бы чего с нами не вышло, ― в маловерии. И поэтому всякий страх ― это есть грех, это есть отступление от Бога. Кто-то спросит: а почему же Господь заложил в нас страх? Ведь это естественное чувство, которое нам свойственно. Для чего оно существует в сердце человека? Действительно, страх должен быть в нашем сердце, но совершенно иного рода ― страх Божий. Иметь страх Божий означает бояться нарушить заповедь Божию; означает жить так, чтобы каждую секунду бояться: как бы я чем Бога не обидел, как бы я чем Бога не оскорбил, как бы я чего-нибудь такого не сделал, что Господь от меня отвернется. И свою природную способность к страху нужно направлять именно на это. В остальном же мы должны жить совершенно спокойно, зная, что без воли Божией с нами ничего не произойдет. Если что с человеком и случается, это бывает только по двум причинам. Во-первых, как следствие греха. И если человек внимательно подумает, помолится Богу, то увидит, что чаще всего, в девяноста девяти случаях из ста, виноват он сам. Но бывает один случай из ста, когда действительно человек прямо не виноват в том, что с ним произошло, но для развития его души ему необходимо это потерпеть. Потому что Царствие Небесное такого свойства, что туда можно войти только с чистой душой, как в Евангелии говорится: в брачной одежде, то есть обязательно к этому вхождению нужно приготовиться. Вот, допустим, живет на свете человек малодушный, а Господь хочет, чтобы он свое малодушие преодолел и стал бы мужественным, вместо трусости приобрел бы храброе сердце, потому что для жизни в Царствии Божием именно этого ему не хватает. И чтобы он это мужество в себе воспитывал, Господь постоянно будет ставить его в такие ситуации, где ему нужно мужество проявить. Чтобы оно в его сердце закрепилось, а трусость из его сердца ушла. Чтобы он всю надежду свою учился возлагать на Бога, а не на какие-то свои слабые силы и потуги. Сила Божия совершается в немощи. И когда человек познает собственную немощь, он себя вверяет Богу: Господи, Ты Сам меня управь, Ты Сам меня сохрани, Ты Сам меня спаси. Только избави нас Бог согрешать, потому что тогда Господь Свою охраняющую руку от нас уберет и мы будем терпеть наказания за наши прегрешения, то есть будем сами вызывать гнев Божий. Если человек совершает какое-то преступление и его сажают в тюрьму ― разве Бог здесь виноват? Нет, конечно, человек виноват сам. Но бывает, что человек не ворует, живет честно, а его оклеветали и посадили в тюрьму ни за что. Хотя, может быть, все-таки в детстве или в юности он что-нибудь и украл, и ему ничего за это не было, и вот сейчас, спустя двадцать лет, Господь желает его спасти и дает потерпеть за то, что он совершил много лет назад. Но даже если человек сидит ни за что, он должен задать себе вопрос: а зачем мне надо обязательно посидеть в тюрьме? И если он поразмыслит, то быстро поймет: как зачем? во-первых, я не ценил то, что у меня была хорошая семья; во-вторых, я недостаточно любил своих детей, недостаточно хорошо их воспитывал и мало уделял им внимания. Я не радовался тому, что у меня хорошая работа и я в добрых отношениях с сотрудниками. У меня было телесное здоровье, а я употреблял его не во славу Божию, а на грехи. И Господь по милости Своей, видя, что я человек вообще-то не плохой, желает меня от этих грехов оградить. Вот Он и избрал такой путь: взял меня, вырвал из одной среды и пересадил в другую, чтобы меня спасти. Пусть я посижу лет пять-десять, но, хоть это и тяжело, и очень болезненно, и скорбно, зато моя душа спасется. То, что Господь с нами творит, это всегда нужно. То, как Господь нас ведет, это всегда нам необходимо и бывает всегда по двум причинам: либо как следствие нашего греха, либо как помощь Божия для нашего спасения, для улучшения устроения нашей души. Поэтому и в том, и в другом случае надо принимать с радостью то, что Господь нам посылает, а всякий страх изгонять. Что самое страшное может с нами случиться? Чего больше всего боится человек? Смерти. Но ведь боимся мы или не боимся, рано или поздно, а мы все равно умрем. Тогда чего бояться? И так ли уж важно, как мы оставшиеся пятнадцать-двадцать лет проведем: в двухкомнатной ли квартире или в трехкомнатной? в холодной ли, в теплой ли? в Сибири ли или в Ленинграде? Неужели стоит из-за этого копья ломать, всю жизнь свою коверкать? Гораздо важней, как мы умрем. С чем мы к Богу придем ― вот что важно. И хотя, может быть, умом мы все это понимаем, но сердце наше слабое, вера наша еще слабее, и грехов у нас столько, что мы Бога-то и не чувствуем. Поэтому когда на нас накатывается какое-то жизненное испытание, нам кажется, что все рушится. Очень часто у нас бывают такие панические состояния, когда мы думаем, что все пропало. Что тогда делать? А надо делать то, что сделали ученики Христовы. Им казалось, что Бог спит и они погибают, ― и нам тоже иногда кажется, что Бог заснул, что Бог нас не слышит, что Бог далеко. А Господь рядом, и Он все прекрасно знает, и Он все прекрасно видит, нам только нужно к Нему воззвать: Господи, мы погибаем! Воззвать именно от всей души, из глубины, а не просто так, на авось: приду, молебен закажу Казанской, Владимирской, Скорбящей закажу и Взысканию погибших, всем четырем ― может, поможет. Но все равно, даже и так Господь видит, что человек к Нему как-то обращается, хоть в такой форме, и Он готов ему помочь. Если у нас будут тяжелые жизненные обстоятельства: какая-то у нас будет нужда, или болезнь, или трудности, или скорбь, ― и на нас нападет ужас, мы должны знать, что это состояние души возникает от навета дьявола. Причина его – маловерие, а избавление от этого ― в молитве: Господи, помоги, помоги! И Господь, конечно, со скорбью посмотрит на нас, что мы такие маловерные, но все-таки поможет. Вот как бывает: мама с ребеночком пошла в магазин, а чтобы его не толкали по очередям, говорит: постой здесь, я сейчас приду. Только она отошла, а он начинает кричать: мама, мама. Она говорит: ну что ты? я же сказала, сейчас приду. Нет, он все равно кричит ― он как бы не верит родной матери, не верит, что она рядом. Вот так и мы поступаем по своей глупости, по своему недоверию к Богу. Мы сами лживы, поэтому нам кажется, что и Бог такой же. Но Бог-то совсем не такой, Бог верен во всем, и Его слово незыблемо. И раз Господь сказал в Евангелии, так оно и есть. И если мы, такие маловерные, но все-таки обращаемся к Богу, то Он, как мать, услышав крик своего дитя, бежит ему на помощь ― хотя дитяти не помощь нужна, а ему нужно наподдать, чтобы не орал попусту, ― так и Господь придет, утешит и утишит ту бурю, которая на нас накатывает. Поэтому молиться нам нужно не о том, чтобы спастись от всяких жизненных обстоятельств, от болезней, от каких-то трудностей, а молиться нам нужно только об одном: чтобы Господь даровал нам в укрепление благодать Святого Духа. Но в силу того, что мы люди немощные, грешные, то о благодати Божией мы как-то и не вспоминаем, она нам как бы даже и неинтересна. Мы люди плотские, нам бы здесь устроиться, чтобы ничего не болело, чтобы денежки водились, чтобы все было хорошо, чтобы никто с нами не ссорился, чтобы мы со всеми жили в мире, и так вот все у нас бы текло благополучно, и здоровыми бы нам помереть. Вот такая у нас задача, и об этом мы у Бога все время и просим. А Господь хочет нам даровать Царствие Небесное. Поэтому хотя, конечно, Он и помогает нам, когда мы молимся о здравии или когда кто-то на нас нападает, но цель Его пришествия на землю не такова. Он пришел, чтобы сделать нас сынами Царства. И Господь хотел бы, чтобы мы просили только об одном: о Царствии Небесном. Он так и сказал: «Ищите прежде Царства Божия… и это все приложится вам». Поэтому то, что будет с нами, надо просто потерпеть – значит, так Богу угодно, значит, это полезно для нашей души. И очень бы неплохо нам свое сознание перестроить именно на духовный лад, чтобы нам стремиться к духовному, стремиться к Царствию Небесному, а все трудности житейские мужественно, терпеливо преодолевать. Как говорят в народе: Господь терпел, и нам велел. А мы все ноем, мы все жалуемся, все нам не так, мы только своим здоровьем интересуемся, как будто собрались здесь, на земле, тысячу лет жить. Прямо так всех беспокоит, что с их мясом происходит, какие процессы: там кольнуло, здесь кольнуло ― и уже перепугались. Трудно, конечно, болезнь переносить, но что делать? Не надо грешить. Кабы мы не жили в грехе, так и не болели бы. Кабы мы в Адаме не согрешили, мы вообще были бы бессмертны, смерть бы не понадобилась. Но смерть, как предел, для того и существует, чтобы прекратить наши беззакония. Поэтому это все милость Божия – и болезни, и тяжелые обстоятельства. А если уж нам невмоготу, то надо не стараться увиливать, потому что увиливать некуда. Вот плывем мы по этому житейскому морю – куда тут прыгнешь? Кругом волны: направо прыгнешь ― волна, налево ― волна. Куда нам деваться? Только к Богу: Господи, помоги, Господи, утиши, Господи, Ты меня вразуми, Господи, Ты придай мне терпения. Все наше спасение ― в Боге. И для этого Господь и посылает нам всякие испытания, чтобы нас немножко к Себе обратить. Потому что будь у нас все спокойно, все хорошо, все сытно ― Бог уже окажется совсем не нужен. Вот во Франции, говорят, тысячи храмов закрываются, и не то что насильно ― нет, просто в них перестают ходить, они никому не нужны. Ну зачем человеку Бог, когда деньги есть, две машины есть, двухэтажный дом есть, три жены есть ― что еще нужно? И так все хорошо, здоровье отличное, а если что-то заболело, есть прекрасная больница. Поэтому когда Господь любит человека, Он ему посылает испытания, чтобы возбудить в нем покаяние, чтобы человек как-то немножко встряхнулся, подумал: может быть, я чем-то согрешил, может, я в чем неправ. Если у нас случаются какие-то скорби, это значит, что Господь нас любит, Он, значит, нас зовет к Себе, Он хочет, чтобы мы Ему помолились. Потому что когда у нас все хорошо, мы и молимся с трудом. Откроем молитвослов и зеваем: «Святый Боже, Святый Крепкий», ― а сами о чем-то думаем. А когда у нас что-то болит, или кто-то в тюрьму попал, или когда дочка запила ― тут уж молитва совсем другая пошла. Тут уж и молимся со слезами, тут готовы и поклоны класть, и к каким-то знаменитым батюшкам съездить или в монастырь, думаем, куда бы что подать, где бы что заказать ― совершенно другая жизнь. Почему? Господь тронул за живое. Мы сами ничего не делаем, поэтому не надо обижаться, когда Господь нас как бы заставляет немножко помолиться. Наоборот, надо радоваться, потому что иначе нас не заставить. Нас немножко, чуть-чуть в Царствие Небесное надо подталкивать. И Господь так и делает. Поэтому будем благодарить Бога за Его бесчисленные милости, будем радоваться, когда на нас падают какие-то испытания. А если уж нам невмоготу, если мы такие маловерные и не можем потерпеть то, что с нами приключается, то мы всегда можем Богу помолиться: Господи, нет сил уже терпеть, помоги. И Господь Сам управит. Господь увидит, что действительно изнывает человек, тяжело ему, и Он поможет ― если не совсем, то хотя бы облегчит. Поэтому всегда надо стараться жить так, чтобы всю свою жизнь Богу вверять. И Господь нашего упования не посрамит. Аминь.

 

 


 

2-е послание апостола Павла к Коринфянам,

Глава 13, стих 3 - 13:


3 Вы ищете доказательства на то, Христос ли говорит во мне: Он не бессилен для вас, но силен в вас.
4 Ибо, хотя Он и распят в немощи, но жив силою Божиею; и мы также, хотя немощны в Нем, но будем живы с Ним силою Божиею в вас.
5 Испытывайте самих себя, в вере ли вы; самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас? Разве только вы не то, чем должны быть.
6 О нас же, надеюсь, узнаете, что мы то, чем быть должны.
7 Молим Бога, чтобы вы не делали никакого зла, не для того, чтобы нам показаться, чем должны быть; но чтобы вы делали добро, хотя бы мы казались и не тем, чем должны быть.
8 Ибо мы не сильны против истины, но сильны за истину.
9 Мы радуемся, когда мы немощны, а вы сильны; о сем-то и молимся, о вашем совершенстве.
10 Для того я и пишу сие в отсутствии, чтобы в присутствии не употребить строгости по власти, данной мне Господом к созиданию, а не к разорению.
11 Впрочем, братия, радуйтесь, усовершайтесь, утешайтесь, будьте единомысленны, мирны, — и Бог любви и мира будет с вами.
12 Приветствуйте друг друга лобзанием святым. Приветствуют вас все святые.
13 Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами. Аминь.


 

Апостол Богоотцов. Послание к Галатам:

Гал., 210 зач. (от полу́), 4, 22‒31


блаженный Феофилакт Болгарский; 

блаженный Феодорит Кирский

Писано бо есть, яко Авраам два сына име, единаго от рабы, а другаго от свободныя. «Выше он сказал, что вы дети Авраама. Но так как не одинакового достоинства были сыновья патриарха, но один был от рабыни, а другой ― от свободной, то теперь он показывает, что вы не только дети, но и таковы, каков был свободный и благородный. Так облагородила вас вера» (блаж. Феофилакт). Но иже от рабы, пó плоти родися, а иже от свободныя, по обетованию. «Так как его слова, что они сыны Авраама, казались невероятными, ― дети ли в самом деле Авраама те, которые не родились от него по плоти, то Павел говорит, что и Исаак, собственный сын Авраама, не по плоти родился от него – да и как это могло быть, когда естество омертвело? – но слово Божие и обетование образовало его. А Измаил родился по естественному порядку. Именно это и означает выражение по плоти. Но при всем том рожденный по плоти есть раб и чужд наследия, а рожденный не по плоти ― господин и наследник. Что же препятствует и вам, хотя вы и не родились по плоти от Авраама, быть его сынами? И вы ведь чрез произнесение слов при купели получили новый образ бытия» (блаж. Феофилакт). 
Яже еста ино сказаема. Божественный апостол сказал: ино сказаема, то есть могут быть разумеемы и иначе. «То есть история сия не только повествует об этом, но указывает и на нечто другое. Поэтому и называется аллегорией. То было образом настоящего (блаж. Феофилакт). Ибо не отвергает исторического смысла, но объясняет, что прообразовано историею; потому что присовокупляет: 

Сия бо еста два завета, един убо от горы Синайския в работу ражаяся, еже есть Агарь. Агарь бо, Сина гора есть во Аравии, прилагаетжеся нынешнему Иерусалиму, работает же с чады своими. «Две жены эти представляют аллегорически Новый и Ветхий Заветы. Каким образом? Агарь ― Ветхий Завет. Ибо закон и дан был с горы Синая. А Синай находится в Аравии, и на арабском языке называется Агарь. Соответствует же Иерусалиму, то есть находится в соседстве, соприкасается, или уподобляется дольнему Иерусалиму; сравнивается с ним, переносится на оный, так как есть сходство между обоими. Как Агарь была рабой и рождала в рабство, так и закон, данный с горы Синайской, которая называется Агарь и уподобляется Иерусалиму ― рождает в рабство тех, которые держатся его. Ибо в законе много несвободного и рабского, потому что и добродетель обосновывалась на тленной награде, на земных, говорю, благах, и удаление от зла внушалось ― наказаниями и страхом» (блаж. Феофилакт). 

А вышнии Иерусалим свободь есть, иже есть мати всем нам. Почему, говорит апостол, вы, решающиеся служить закону, не убеждаетесь учениями закона? Ибо закон научает вас, что Авраам имел двух жен и соделался отцом двух сыновей; но один из них произошел от рабы, другой же ― от свободной. И сие согласно с тем, что совершается с нами. Ибо как там один отец, но две матери и два сына, так и здесь един Бог, но два завета и два народа. Но прообразом первого завета ― Агарь, а второго ― Сарра, потому что и закон ветхий дан с горы Синая, а у оной горы вселяется род Агари. Гора же та соответствует сему земному Иерусалиму. А Сарра есть прообраз небесного града, сынами которого именуемся мы. Он свободен, то есть не имеет на себе ига закона; а Иерусалим земной рабствен, а таковы и подчиненные закону. «В том прообраз Агари. Посмотри также и прообраз Сарры; она ведь прообразовывала горний Иерусалим. Он же есть град верующих, откуда и закон наш: ибо с неба Евангелие. Этот град свободен от наблюдений закона, и все в нем устрояется свободно и с благородным достоинством. Ибо ничто у нас не совершается из-за видимой награды, и не угрожают нам телесные наказания, но и обещания более божественны, и наказания приличны благородным, – именно отлучение от таинственной трапезы и епитимьи» (блаж. Феофилакт).

 Указывает же апостол и на пророчество, согласное с сим прообразованием. Писано бо есть, возвеселися неплоды не ражающая, расторгни и возопи не болевшая, яко многа чада пустыя паче, неже ли имущия мужа (Ис. 54, 1). Ибо как Сарра родила в старости, сверх всякого человеческого чаяния, так и язычники при самом конце жизни сподобились Боговедения, и неплодная множеством рожденных превзошла бывшую древле многочадною. «Не довольствуется этими прообразами, но ссылается на свидетельство Исаии, который церковь из язычников называет неплодной и не имеющей мужа; и действительно, она была лишена богопознания и бездетна, так как не произвела ни одного пророка Божия и учителя. А иудейскую синагогу называет имеющей мужа, или потому, что она имела закон, который руководил ее действиями, или потому, что имела Самого Бога. Возопи употреблено вместо: “воскликни голосом радости”, потому что у тебя теперь множество чад: и пророки, и учителя, и сыны Божии произошли от тебя; ты всю вселенную породила, а не один народ, как иудейская синагога» (блаж. Феофилакт). Мы же братие, по Исааку обетования чада есмы. Ибо рождены мы не по естеству, но по благодати. Как Исаак произведен не законом естественным, но словом обетования, так и нас породило данное Аврааму обетование. Но якоже тогда иже по плоти родивыися, гоняше духовнаго, тако и ныне. Да не печалит вас это, что уверовавшие гонимы неверными. Ибо то же находим и в прообразе. «Церковь, говорит он, будучи неплодна, подобно Сарре, не только стала многочадной, как та, но и родила таким же образом, как последняя. Как ее не природа, но обетование сделало матерью (ибо Тот, Который сказал: Я опять буду у тебя в это же время (Быт. 18, 10), вошел в чрево и сотворил плод), так и у нас, как и выше сказано, божественные слова, произносимые при крещении, совершают новое творение. Потом, чтобы кто-нибудь не сказал: какая эта свобода, когда иудеи бичуют верующих, а те, которые думают быть свободными, подвергаются гонению? ― он говорит, что и тогда так же было. Измаил гнал Исаака, но, тем не менее, это нисколько не помешало преследуемому быть законным сыном Авраама и господином преследующего. Итак, из самого этого преследования нас иудеями открывается наше сходство с Исааком и родство с Авраамом» (блаж. Феофилакт). 

Но что глаголет Писание? Изжени рабу и сына ея, не имать бо наследовати сын рабынин, с сыном свободныя (Быт. 21, 10).

Изречение Саррино апостол назвал изречением Писания, показывая цель писания, что для того предано сие письмени, чтобы вместе с истиною видим был прообраз. «Чтобы кто-нибудь не сказал: что же отсюда? Утешительно ли для верующих, которые теперь подвергаются преследованию со стороны иудеев, то, что и Исаак тогда подвергался гонению? ― он говорит: послушай, что говорит Писание, и получишь вразумление: за временное гонение, которому подвергал Измаил Исаака, он совершенно изгоняется. И в наказание не только подвергается изгнанию, но гораздо более ― лишается участия в том, что уготовано сыну. А это наказание тем сильнее, что имеет свое начало не в преследовании, а в решении и определении Божием. Заметь также, что он того, который не удостоился наследия, назвал сыном не Авраама, а рабыни, указывая, что он и очень низкого происхождения. Итак, смотри, он доказал, что сам закон указывает на свою отмену, так как все сказанное, будучи прообразом теперь совершающегося, написано в законе, то есть в книгах Ветхого Завета» (блаж. Феофилакт). Темже братие несмы рабынина чада, но свободныя. «Все это направляет к тому, чтобы показать, что все случившееся теперь с нами прообразовано было за много лет прежде. Как же после этого не странно, получив за столько лет прежде свободу, опять добровольно становиться рабами?» (блаж. Феофилакт). Свободою, еюже Христос нас свободи. Свободою называет апостол житие вне закона. «Не вы ведь, говорит он, освободили себя, но Тот, Который дал за вас выкуп. Как же после этого вы подвергаете себя господству закона против намерения освободившего вас Христа?» (блаж. Феофилакт).



 

Толкование на сегодняшнее чтение свв. Богоотцам Иоакиму и Анне (Гал. 4, 22 ‒31) начинается на 17-й минуте записи (16:22). Текст Апостола: Ибо написано: || Авраам имел двух сынов, одного от рабы, а другого от свободной. Но который от рабы, тот рожден по плоти; а который от свободной, тот по обетованию. В этом есть иносказание. Это два завета: один от горы Синайской, рождающий в рабство, который есть Агарь, ибо Агарь означает гору Синай в Аравии и соответствует нынешнему Иерусалиму, потому что он с детьми своими в рабстве; а вышний Иерусалим свободен: он ― матерь всем нам. Ибо написано: возвеселись, неплодная, нерождающая; воскликни и возгласи, не мучившаяся родами; потому что у оставленной гораздо более детей, нежели у имеющей мужа. Мы, братия, дети обетования по Исааку. Но, как тогда рожденный по плоти гнал рожденного по духу, так и ныне. Что же говорит Писание? Изгони рабу и сына ее, ибо сын рабы не будет наследником вместе с сыном свободной. Итак, братия, мы дети не рабы, но свободной.

Поделиться :
 
Другие новости по теме:

  • Четверг 2-й седмицы по Пятидесятнице
  • 9-я Неделя по Пятидесятнице
  • Апостол Иоанн
  • Апостол Лука
  • Надо ли становиться крестными родителями?


  • Добавление комментария
    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent



     
    Новости Православия
    Новости Патриархии
    Новости УПЦ
    Новости Луганской епархии
     
     
    Еженедельное печатное издание. Архив номеров.
    Ссылки на сайты Алчевского благочиния

    Архив
    Октябрь 2021 (71)
    Сентябрь 2021 (134)
    Август 2021 (101)
    Июль 2021 (109)
    Июнь 2021 (46)
    Май 2021 (54)
    Официальный сайт Алчевского благочиния, УПЦ МП, город Алчевск, Свято-Николаевский Кафедральный Собор, протоиерей Александр Устименко.
    При использовании материалов ссылка на источик и первоисточник - обязательна.
    © 2009-2018